Нейропсихологические методы исследования амнезии

Нейропсихологические методы исследования амнезии

Начало заболевания. Необходимо выяснить наиболее точное время начала заболевания. Нарушения памяти, наблюдающиеся на протяжении нескольких лет и постепенно прогрессирующие, характерны для дегенеративного процесса, наиболее вероятной причиной которого является болезнь Альцгеймера. Если нарушение памяти развилось внезапно у пациента, не достигшего преклонного возраста, и связано с психологическими факторами (например, тяжелым стрессом и депрессией), следует рассмотреть вопрос о неорганической природе дисмнезии.

Течение заболевания. При сборе анамнеза необходимо также определить характер течения заболевания. Прогрессирующее ухудшение памяти указывает на дегенеративный процесс. Восстановление при дефектах памяти вследствие травмы головы или церебральной аноксии чаще всего происходит постепенно, и если наблюдается противоположная клиническая картина, необходимо рассмотреть другие причины (например, психические расстройства).

Механизм развития. Клиницист должен оценить механизм развития заболевания. Нужно найти ответ на вопрос, информация какого рода и в каких ситуациях вызывает затруднения у пациента. Жалобы пациента часто слишком неопределенны для определения типа дисфункции (например, «У меня плохая память», «Я не могу многое вспомнить», «Я многое забываю»), и для уточнения характера нарушений необходимо привести конкретные ситуации, в которых они проявляются. Кроме того, понятием «нарушение памяти» пациенты могут обозначать другие расстройства, и выяснение того, какие ситуации заставляют пациента обращаться к врачу с подобными жалобами, также может быть информативно. Пациенты с жалобами на забывчивость в действительности могут испытывать затруднения в припоминании определенных слов, собственных имен, а также иметь патологию слуха или зрения.

Нейропсихологическое тестирование при амнезии.

Состояние памяти в определенной степени характеризуют все скрининговые тесты оценки ментального статуса, в том числе MMSE (Mini-Mental State Exam), BDRS (Blessed Dementia Rating Scale) и DAB (Dementia Assessment Battery). Если пациент успешно справился с указанными тестами, не предъявляет жалоб на нарушения памяти, подобных жалоб не предъявляют члены семьи пациента или лица, ухаживающие за ним, можно с уверенностью заключить, что память не нарушена. Если хотя бы одно из этих условий не выполнено, необходимо более детальное обследование, с целью чего пациент направляется на нейропсихологическое тестирование. Вопросы тестирования должны помочь оценить следующие аспекты ментального статуса и состояния памяти.

Получение информации. В состоянии ли пациент запомнить имя врача, проводящего исследование? Три предложенных слова? Названия трех предметов?

Оперативная память. Информативными пробами для оценки состояния оперативной памяти являются произнесение слов в обратном порядке, последовательное вычитание и называние цифр в обратном порядке — компоненты теста Wechsler Adult Intelligence Scale-Revised.

Отсроченное припоминание. Важно проверить способность извлекать из памяти полученную ранее информацию — например, через интервал в 30 минут. Это позволяет выявить нарушение памяти у пациента, который прекрасно справился с тестом на усвоение новой информации.

Ретроградная память. Пациенту необходимо задать вопросы, касающиеся его прошлого. Информация должна быть подтверждена кем-либо из членов семьи больного, иначе пациент может ввести в заблуждение врача, проводящего исследование.

Ориентация. У пациента следует спросить о времени, местонахождении и получить автобиографические сведения. Затруднения с ориентацией часто являются ранним свидетельством нарушения памяти.

Источник

Нейропсихологические исследования амнезии

К сожалению экспериментаторов, поражения мозга у человека редко ограничены одиночной моз­говой структурой В большинстве случаев расстрой­ства представляют собой комбинацию повреждении, которые могут быть связаны как с одним, так и с несколькими отделами мозга Например, алкоголики с синдромом Корсакова, чья амнезия вызвана алко­гольной интоксикацией и плохим питанием, имеют повреждения, затрагивающие дорсо-медиачьные ядра таламуса, маммилярные тела, червь мозжечка, окуломоторные ядра и, во многих случаях, ассоциа­тивную кору Аналогично, пациенты с болезнью Альшеимера, чьи амнестическис симптомы явля­ются частью общего интеллектуального снижения, имеют прогрессирующие нарушения гиппокампа а также передней и задней ассоциативной коры Даже у постэнцсфалитных пациентов, у которых амнес-тические симптомы вызваны вирусом, поражающим непосредственно гиппокамп обычно повреждены височные и лобные области неокортекса Сечи раз­нообразие и многочисленность поражении совме­щается с невозможностью точно определить Mecia поражения при вскрытии, становится практически невозможным установить связь отдельных мозговых структур с формированием амнезических симпто­мов у пациента

В дополнение к проблемам, связанным с локали­зацией повреждении, научное иссчедованис памяти пациентов с поражениями мозга осложнено отсутстви­ем точных определении терминов, используемых пси­хологами при изучении памяти Конструкции типа «сохранение», «извлечение» и «кодирование» широко используются в литературе, посвященной памяти че­ловека, но при этом не очень точно определены

Н.К.Корсакова, Ю.В.Микадзе нейропсихологические исследования памяти: итоги и перспективы 1

Интенсивное и систематическое исследование па­мяти и ее нарушений при локальных поражениях моз­га было развернуто А.Р.Лурия и его учениками в середине 60-х гг. Начало этой работы нашло свое отра­жение в изучении нарушения слухо-речевой памяти при поражении левой височной доли (М.Кгимковский, 1966), описании структуры и механизмов патологи­ческого забывания при поражении различных звеньев круга Пейпеиа (Н.К.Киященко, 1973; А.Р.Лурия и др., 1970; Л.Т.Попова, 1972), при патологии различных отделов левого полушария мозга (Фом Мин Как, 1971), в том числе и у больных с черепно-мозговой травмой (Н.А.Акбароеа, 1971). Весь цикл данных исследований проводился в клинике Института нейрохирургии им. Н.Н.Бурденко АМН СССР при непосредственном уча­стии клиницистов. В течение последнего десятилетия своей жизни А.РЛурия был не только руководителем и идейным организатором в исследовании памяти и ее патологии. Он принимал самое непосредственное участие в каждом из частных исследований как тон­кий экспериментатор, непревзойденный аналитик кли­нических и экспериментальных фактов. Обобщив результаты многочисленных исследований, А.Р.Лурия в двухтомной монографии «Нейропсихология памя-ти» даст систематическое изложение основных направ-лений в подходе к анализу памяти при локальных поражениях мозга (1974, 1976). Таких направлений три. Первое — это описание структуры синдромов нару­шения памяти, возникающих при различной лока­лизации патологического процесса; второе — это исследование роли определенных структурно-функцио­нальных единиц мозга в осуществлении функции памяти; третье — это анализ структуры мнестической деятельности, который осуществляется опосредство­ванно в условиях, когда локальная мозговая патоло­гия выводит из нормальной работы отдельные звенья, этапы и составляющие процессов и подпроцессов в функциональной системе памяти человека.

В рамках этих фундаментальных направлений продолжают развиваться исследования мнестичес­кой деятельности, проводимые учениками и после­дователями А.Р.Лурия.

К настоящему времени достаточно хорошо изучены синдромы нарушений памяти, возникающие при пора­жении структур, входящих в первый блок мозга — блок активации. Показано, что при локализации патологи­ческого процесса на различных уровнях вертикальной организации этого блока могут возникать мнестичес-кие дефекты, отличающиеся по степени выраженности в диапазоне от массивного корсаковского симпто-мокомплекса до стертых дефектов памяти, не имею­щих клинических проявлений и обнаруживающихся лишь при специальных экспериментальных условиях.

1 А.Р.Лурия и современная психология / Под ред. Е.Д.Хомекой, Л.С.Цветковой, Б.В.Зейгарник. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1982. С.101—110.

Имеет место патологическое забывание материала, подлежащего произвольному запоминанию, незави­симо от его модальности. Основными механизмами, обусловливающими возникновение дефицита воспро­изведения, являются изменения нейродинамических параметров функционирования коры мозга в виде па­тологического ретроактивного торможения и уравни­вания возбудимости следов (А.Р.Лурия и др., 1967). Проявление работы этих механизмов усугубляется в условиях интерферирующей деятельности, выполняе­мой в интервале между запоминанием и воспроизве­дением, и приводит к резкому снижению объема отсроченного воспроизведения (по сравнению с не­посредственным) и нарушению избирательности вос­произведения. Кроме указанных факторов в случае особенно массивных дефектов произвольного за­поминания может наблюдаться фактор ослабления функции следообразования в связи с временными па­раметрами мозговой нейродинамики (Н.К.Киященко и др., 1975).

Читайте также:  Что такое болезнь амнезия

Эти данные в сочетании с результатами элект­рофизиологического исследования дают основание говорить о том, что работа первого блока мозга обеспечивает уровень активации, необходимый для реализации различных фаз в формировании и вос­произведении следов памяти («Проблемы нейро­психологии», 1977 и др.).

Сопоставляя характер дефектов памяти при пора­жении различных структур в системе первого блока, необходимо обратить внимание на следующие факты. Несмотря на общность механизмов, удельный вес каж­дого из факторов в структуре синдрома может быть различным в зависимости от уровня поражения не­специфической системы. В частности, при патологии медиальных отделов лобных долей на первое место в синдроме выступает дефект избирательности воспро­изведения, в то время как при поражении гиппокам-па значение этого фактора (по предварительным данным) сводится к минимуму (А.Р.Лурия, 1974, 1976). В связи с этим одной из реальных задач исследований в данной области является дифференцированное изу­чение синдромов нарушения памяти на различных структурно-функциональных уровнях круга Пейпеца.

При поражении височных, теменных и затылоч­ных систем левого полушария мозга возникают синд­ромы модально-специфических нарушений памяти, проявляющихся при произвольном запоминании из­бирательно в пределах одной модальности. Характер­но, что в основе дефицита воспроизведения в этих случаях лежат те же механизмы, связанные с наруше­ниями нейродинамики, что и при локализации пато­логического процесса в структурах энергетического блока. Однако к этим факторам в случае модально-спе­цифических дефектов памяти может присоединиться фактор сужения объема непосредственного воспроиз­ведения (Н.К.Киященко и др., 1975; М.Климковский, 1966 и др.). Выделение данного фактора и его роли в структуре синдрома нарушений слухо-речевой памяти в настоящее время требует психологической и психофизиологической интерпретации. С одной сто­роны, есть основания рассматривать его как проявле­ние патологического ретроактивного торможения внутри стимульного ряда; с другой — нельзя исклю­чить его самостоятельного значения и генеза, учиты­вая возможные изменения режима работы анализатора, в частности, в связи с переводом сукцессивно предъяв­ляемого материала в симультанную схему.

Изучение модально-специфических нарушений памяти имеет значение не только в плане описания синдромов нарушения работы анализаторов на мнес

тическом уровне. Исследования в этой области позво­ляют рассмотреть вопрос о роли сенсорного звена в мнестической деятельности, а также ставят ряд во­просов, еще требующих своего разрешения в клини-ко-экспериментальном подходе к оценке значения речевого опосредствования в процессах узнавания и воспроизведения (ОА.Долгополова, 1980; Н.К.Киящен-ко и др., 1975).

В случае нарушений памяти, связанных с изме­нением нейродинамики, следует отметить, что опи­сание этих синдромов имеет значение не только для диагностики органических локальных поражений мозга. Данные о возможности различной степени вы­раженности и качественных различиях синдрома у одного и того же больного в тех интервалах време­ни, когда локализация и объем патологического процесса не претерпевают изменений, о зависимо­сти структуры мнестического дефекта от колебаний состояния больного в пределах одного исследования дают основания говорить о пригодности нейропси-хологического подхода к оценке функции памяти при более обшей задаче оценки функционального состо­яния как мозга в целом, так и отдельных его струк­тур (Н.К.Киященко и др., 1975).

Это обстоятельство открывает перспективу при­менения нейропсихологического подхода к исследова­нию памяти при решении вопросов психодиагностики, экспертизы и профессионального отбора. Имеется опыт использования методик, связанных с включением интерференции, при исследовании процессов адапта­ции (Р.Ю.Ильюченок, 1979).

В значительно меньшей степени исследованы син­дромы нарушения памяти, возникающие при патоло­гии лобных конвекситальных отделов мозга. Обобщая известные экспериментальные факты, можно отме­тить следующее. В связи с дефектами таких компонентов деятельности, как целенаправленность, целеполагание и контроль, нарушения памяти касаются преимуще­ственно произвольного запоминания, в то время как продуктивность непроизвольного запоминания соот­ветствует продуктивности у здоровых людей (Н.К.Кия­щенко, 1973) Дефекты памяти обнаруживаются у этих больных в области высших, опосредствованных форм памяти (Л.В.Петренко, 1976). Изменения нейродина-мических параметров работы мозга в виде патологи­ческой инертности приводят к обеднению продукта воспроизведения, замене его персевераторно возни­кающими ассоциациями и инертными стереотипами, резкому падению продуктивности процесса заучива­ния при неоднократном предъявлении стимульного ма­териала (А.Р.Лурия, 1974, 1976 и др.).

В настоящее время изучение синдромов наруше­ния памяти, их структуры и механизмов проводится в контексте исследования функциональной роли левого и правого полушарий мозга в осуществлении различных психических функций.

Данные не йропсихологических исследований сви­детельствуют о специфическом вкладе каждого из по­лушарий мозга в протекание процессов запоминания вербального и невербального материала. Анализу роли каждого из полушарий в осуществлении мнестической функции посвящена работа Э.Г.Симерницкой (1978). В основу работы положена гипотеза о способе функ­ционирования каждого из полушарий и уровне ор­ганизации материала, обеспечиваемом каждым из полушарий головного мозга при запоминании. Пред­полагается, что правое полушарие обеспечивает более элементарные, непроизвольные, автоматические формы мнестической деятельности. Левое полушарие связано со сложными, произвольными формами запоминания. Соответственно при поражении правого полушария оказывается нарушенным преимущест­венно непроизвольное запоминание, а при пора­жении левого полушария нарушается более высокий уровень — произвольное запоминание.

Экспериментальные исследования больных с ло­кальными поражениями мозга показали наличие дис­социации между произвольным и непроизвольным запоминанием у больных с левосторонней и право­сторонней локализацией мозгового поражения. Таким образом, оба полушария мозга образуют единую сис­тему, в которой левое полушарие играет ведущую роль в произвольной мнестической деятельности, в то вре­мя как правое полушарие доминирует в процессах фор­мирования следа при непроизвольном запоминании.

Другая гипотеза относится к временным пара­метрам развертывания произвольной мнестической деятельности. Непосредственное и отсроченное запо­минание и воспроизведение рассматриваются как два последовательных этапа осуществления мнестической функции. На первом этапе — этапе непосредственного запоминания и воспроизведения — в мнестическую деятельность включается правое полушарие, а на вто­ром — левое, Показано, что при поражении левого полушария мозга интерферирующие воздействия, включенные в промежуток между запоминанием и воспроизведением, резко снижают продуктивность мнестической деятельности. Непосредственное воспро­изведение при этом остается сохранным, Поражение правого полушария приводит к обратной картине — нарушению непосредственного воспроизведения. В то же время, если испытуемому удается воспроизвести необходимый материал, то последующая интерфери­рующая деятельность уже не оказывает влияния на вос­произведение.

Следует отметить, что экспериментальные данные, позволяющие сделать выводы о латеральных различи­ях в протекании непосредственной и отсроченной мнестической деятельности, были получены при за­поминании больными с локальными поражениями мозга как вербального, так и невербального материала. Последнее обстоятельство представляется сущест­венным, поскольку позволяет сделать вывод о том, что не только левое, но и правое полушарие мозга человека включено в процесс запоминания и вос­произведения как вербальной, так и невербальной информации (Н.К.Корсакова, Л И.Московичюте, Э.Г.Си-мерницкая, 1979). Характерно, что указанные законо­мерности, касающиеся латеральных различий, были получены и при исследовании изменений функции памяти во время воздействия на подкорковые струк­туры при стереотаксических операциях (Л.И.Москови­чюте, Л. И. Кадин, 1979).

Очевидно, что анализ мнестической функции не исчерпывается процессами произвольного и непроиз­вольного запоминания, непосредственного и отсро­ченного воспроизведения. Проблема функционального взаимодействия и специфичности полушарий мозга в мнестической деятельности оказывается существенно шире рассмотренного здесь круга явлений. Данные предварительных исследований дают основания поста­вить ряд вопросов, касающихся этой области. К. ним относятся, в частности, исследоаание психологической структуры и механизмов сужения объема воспроизведе­ния, имеющего место при поражении как левого, так и правого полушария; изучение совместной работы по­лушарий в семантической и эпизодической памяти. Ис­следование процесса реминисценции в этом контексте дает основание рассмотреть не только структуру и ме­ханизмы данного явления, но и вклад каждого из полушарий в преобразование информации при ее хра­нении и актуализации.

Читайте также:  Сорт конопли амнезия лемон

Исследования процесса актуализации материала позволили развести два вида извлечения воспро­изведение и узнавание — как два процесса, обладающих различной психологической структурой. Клинические факты указывают, что различия в протекании этих процессов могут быть обусловлены неравнозначной связью их со структурами правого и левого полушарий.

В настоящее время проводится цикл исследований, направленных на выяснение конкретной роли каждо­го из полушарий мозга в осуществлении процессов воспроизведения и узнавания образной и вербальной информации. Ю.В.Микадзе и Б.С.Котик была предло­жена нейропсихологическая модель воспроизведения иузнавания (Ю.В.Микадзе, Б.С.Котик, 1979). Предпо­лагается, что кодирование как вербальной, так и об­разной информации осуществляется по ряду различных характеристик (лингвистических, перцептивных и т.д.), которые дифференцированно используются и при ак­туализации. В наборах характеристик информации, включенной в процесс кодирования, можно выделить для каждого вида материала ведущие и специфичес­кие (Ю.В.Микадзе, 1979).

Кодирование вербального материала осуществля­ется при ведущей роли лингвистических характерис­тик, что опосредовано функциями левого полушария головного мозга. Образный материал кодируется при ведущей роли перцептивных характеристик, что опос­редуется функциями правого полушария. Наряду с этим информация кодируется и по специфическим приз­накам: для образного материала — это вербализация зрительного образа или его компонентов; для вер­бального — анализ акустических, графических, пер­цептивно-пространственных и других характеристик. Кодирование информации по ведущим признакам осу­ществляется доминантным для данного материала по­лушарием, кодирование но специфическим признакам осуществляется контрлатеральным полушарием голов­ного мозга.

Процесс поиска при воспроизведении осуществ­ляется с преимущественной опорой на ведущие признаки (лингвистические — для вербального и пер­цептивные — для образного материала) и нарушается при трудности обращения к ним. При узнавании для актуализации достаточно наличия специфических при­знаков.

Согласно этой модели нарушение роспроизве-дения образного материала будет происходить при поражении правого полушария из-за отсутствия ак­туализации по ведущему признаку. Узнавание при этом может оказываться частично сохранным за счет актуализации по специфическим признакам, опос­редуемой функционированием контрлатерального полушария.

Нарушение воспроизведения вербального материа­ла при поражении левого полушария связано, ридимо, с трудностями актуализации по ведущему признаку, при этом относительная сохранность узнавания обес­печивается актуализацией по специфическим приз­накам, опосредуемой функционированием правого полушария.

Узнавание вербального материала может быть нарушено при поражении правого полушария из-за нарушения кодирования по специфическим призна­кам. При этом остается сохранным воспроизведение, так как не затруднена актуализация по ведущим при­знакам, осуществляемая левым полушарием.

Относительная роль ведущих и специфических характеристик материала и их связь с функиионированием левого и правого полушарий головного моз­га выявлена в нескольких экспериментах. Было пока­зано, что при поражении височных отделов левого полушария происходит нарушение воспроизведения триад слов, объединенных смысловым сходством, что свидетельствует о нарушении актуализации при опоре на ведущие характеристики вербального материала. По­ражение соответствующих отделов правого полушария приводило к нарушению воспроизведения триад слов, связанных между собой по фонетическим, специфи­ческим характеристикам (Ю.В.Микадзе, 1979). При исследовании узнавания вербального и образного мате­риала было установлено, что у здоровых испытуемых узнавание материала проходит при преимущественной опоре на ведущие характеристики (смысловые — для вербального и перцептивные — для образного). Иссле­дование больных с локальными поражениями мозга обнаружило, что наибольшее нарушение узнавания вербального материала наблюдается у больных с по­ражением левой височной области, а образного мате­риала — у больных с поражением теменных отделов правого полушария (Н.Б.Доценко, 1980).

В дипломных работах Ф.М.Шидаковой и Л.Г.Ку-ликовой, выполненных под руководством Б.С.Котик, производилось раздельное предъявление материала (слов и фигур) в правую и левую половины полей зрения, с последующим узнаванием стимульного ма­териала. В эксперименте с предъявлением слов исполь­зовалось разнос графическое оформление стимульного материала, т.е. варьировались специфические характе­ристики вербального материала. Изменение перцеп­тивных характеристик привело к снижению узнавания материала. Особенно сильно этот эффект проявлялся в отношении слов, предъявленных в правое полуша­рие. В эксперименте с предъявлением контурных фи­гур испытуемым предлагалось давать имена фигурам в момент предъявления. Введение вербального опосре­дования повысило эффективность узнавания, при этом коэффициент относительного повышения оказался значимо более высоким для узнавания картинок, предъявленных в левое полушарие. Результаты показа­ли, что специфические характеристики принимают участие в процессе узнавания и что их искажение или преднамеренное введение может оказывать влияние на эффективность узнавания.

Любое квалифицированное исследование струк­туры процессов памяти с необходимостью требует об­ращения к вопросам структуры информации, с которой оперирует субъект в своей мнестической деятельности. А.Р.Лурия подчеркивал, что за проблемой выяснения условий хранения и избирательного воспроизведения следов памяти неизбежно следует проблема анализа роли, которую играют в памяти различные уровни орга­низации запоминаемого материала (1974, 1976).

В работе, посвяшенной исследованию различных уровней организации запоминаемого материала, была выдвинута гипотеза о двух уровнях организации вер­бального материала, характеризующихся различными структурными особенностями (Ю.В.Микадзе, 1979). К первому уровню относится материал, состоящий из отдельных вербальных единиц, ко второму — матери­ал, вербальные единицы которого связаны по некото­рым синтаксическим правилам и образуют новое семантическое содержание.

Продуктивность запоминания на уровне отдель­ных вербальных единиц (слов) обусловлена выделе­нием фонетических, категориальных, ассоциативных, смысловых связей между единицами стимульного ма­териала. На втором уровне — уровне осмысленных фраз и текстов — указанные связи отступают на второй план, 224

а переработка информации осуществляется на основе синтаксических связей, отражающих семантическое содержание. Комбинации элементов материала обра­зуются не в результате их сопоставления по ассоциа­тивным, фонетическим и другим характеристикам (хотя они и могут присутствовать), а в результате тех ограничений, которые на них накладывает содержа­ние текста или фразы. Успешность выполнения мнес-тической задачи будет зависеть в таком случае от выявления адекватной структуры, «схемы» взаимообус­ловленной конфигурации семантических элементов.

В условиях произвольной мнестической задачи бу­дет существовать взаимодействие между характером протекания мнестической деятельности и уровнем организации материала, подлежащего запоминанию. На первом уровне организации материала, наряду с самой мнестической задачей, возникает задача уста­новления связи отдельных элементов в их располо­женности относительно друг друга. На втором уровне, кроме задачи верификации самих семантических эле­ментов, возникает задача вьщеления соподчиненности и взаимообусловленности расположения комбинаций элементов в синтаксической структуре, которая опре­деляется семантическим содержанием этого объеди­нения. В большом по объему осмысленном материале осуществляется система операций, направленных на соотнесение смыслов отдельных законченных семан­тических отрезков.

Структура материала, таким образом, оказыва­ет влияние на характер протекания произвольной мнестической деятельности, определяя содержание действий, направленных на реализацию мнестичес­кой задачи,

Нейропсихологическое исследование, проведенное на больных с локальными поражениями мозга, пока­зало, что мнестическая деятельность может нарушать­ся избирательно в отношении двух указанных уровней организации, соответствующих, согласно представле­ниям А.Р.Лурия (1975, 1979), нарушению синтагма­тического и парадигматического строя языка. Было показано, что при поражении задних отделов левого полушария резко снижается продуктивность воспро­изведения единиц первого уровня (слова) при опоре на смысловые связи между ними. При поражении контралатерального полушария продуктивность воспро­изведения оказывается высокой, при этом имеет мес­то снижение продуктивности воспроизведения единиц первого уровня при опоре на фонетические связи меж­ду ними. Предъявление вербального материала второ­го уровня (предложения, равные по объему количеству раздельно предъявленных слов) не дало снижения про­дуктивности воспроизведения при поражении задних отделов левого и правого полушарий. При предъявле­нии большого объема вербального материала второго уровня (тексты) наблюдается диссоциация в воспро­изведении при поражении правого и левого полуша­рий. Тексты хорошо воспроизводятся при поражении правого полушария, и их актуализация оказывается нарушенной при поражении задних отделов левого полушария, Поражение передних отделов левого полу­шария резко снижает продуктивность воспроизведе­ния материала обоих уровней.

Читайте также:  Частичная амнезия что это такое

Полученные результаты позволили построить мо­дель переработки и сохранения информации при ее произвольном запоминании, основывающуюся на со­вместной работе левого и правого полушарий мозга. Переработка вербального материала может осущест­вляться по нескольким параллельным каналам, каждый из которых оперирует с различными его характерис­тиками. В зависимости от уровня организации ма­териала в переработку могут включаться в большей степени те или иные каналы. Передние отделы лево­го полушария включены в работу по формированию операционального состава процесса произвольного запоминания, задние отделы обоих полушарии свя­заны с переработкой вербального материала, осу­ществляемой по различным каналам.

В связи с вопросом об уровнях организации и структуре материала, подлежащего запоминанию, стоит и проблема собственной активности субъекта в организации и структурировании материала. В этом отношении интересно исследование процесса вос­произведения, во время которого информация может претерпевать различные трансформации, зависящие от задачи запоминания и особенностей структуры прошлого опыта человека. Исследование структури­рующей роли процесса первого воспроизведения в долговременном сохранении осмысленного материа­ла показало, что воспроизведение текстов представ­ляет активную, целенаправленную деятельность по структурированию текста, приводящую к измене­ниям в лексическом и смысловом содержании ак­туализируемого материала. Последующее хранение и воспроизведение смыслового материала не под­вергается значительным трансформациям. В этом отношении форма первой актуализации является ос­новной для дальнейшего сохранения смысловой ин­формации. Исследование больных с локальными поражениями мозга подтвердило наличие некоторой ригидности образуемых при воспроизведении семан­тических структур в случае поражения височных и теменных отделов левого полушария Однако наибо­лее отчетливо это проявляется при поражении задних отделов правого полушария. Вместе с тем практи­чески полное отсутствие константности сохранения результатов первого воспроизведения наблюдалось при поражении лобных отделов левого полушария. Можно предполагать, что однажды воспроизве­денный смысловой вербальный материал обладает достаточно высокой стойкостью к последующим из­менениям лишь при условии сохранности функцио­нирования лобных отделов левого полушария.

Описанный круг явлений функции памяти, вы­явленных в нейропсихологических исследованиях, не исчерпывает всего многообразия как самой мнес-тической деятельности, так и ее мсжфункциональ-ных связей с другими психическими процессами. Полное, системное описание процесса памяти и закономерностей се нарушения при локальных по­ражениях мозга представляется одной из перспек­тив дальнейших нейропсихологических исследований. Вместе с тем нельзя не сказать еще об одной важней­шей задаче нейропсихологии в области памяти. Это разработка подхода к восстановлению процессов за­поминания и воспроизведения при локальных <опу­холевых и сосудистых) поражениях головного мозга Разработка такого подхода также необходимо связа­на с систематическим и всесторонним изучением структуры мнестической деятельности и связи со­ставляющих ее компонентов с определенными мор-фофункциональными единицами мозга.

Н.К.Киященко (Корсакова) нарушение памяти при локальных поражениях мозга 1

массивных нарушений памяти при

поражении структур «круга пейпеца»

(. ) Анализ общего состояния мнестической функ­ции и результатов, достигаемых больными при заучи­вании десяти слов, показал, что больные данной группы достаточно активно и целенаправленно вы­полняют деятельность запоминания. Парадоксальным представляется факт, что больные с грубейшими мне-стическими дефектами достигают известных резуль­татов при заучивании словесного ряда. Начиная с трех—пяти слов при первом повторении, они все же добиваются воспроизведения в объеме семи—восьми слов к десятому повторению. (. )

В исследовании прочности непроизвольно возни­кающих следов при формировании фиксированной установки (Д.Н.Узнадзе), а также в опытах с сохра­нением сенсорных следов от прежних воздействий (Ю.М.Конорский) было обнаружено, что раз воз­никший сснсомоторный или сенсорный след может сохраняться у этих больных в течение некоторого, достаточно большого, времени. Если же в промежутке вводится какая-либо интерферирующая задача, то образованные следы тормозятся: угасает ранее зафик­сированная установка, и след от первого сенсорного раздражителя не актуализируется для осуществления сравнения.

Опыты, направленные на изучение произвольно­го запоминания, показали, что больные этой группы обладают кратковременной памятью. (. ) Больным этой группы вполне доступно безошибочное воспроизве­дение серии из пяти элементов и ее сохранение в те­чение достаточно длительного времени.

Картина существенно изменяется, если интервал между непосредственным и отставленным воспро­изведением заполняется интерферирующей дея­тельностью. Избирательное воспроизведение серии становится недоступным, приобретая либо неполный характер, либо заменяясь побочными вплетениями, носящими характер непроизвольных ассоциаций.

Ешс большие трудности в осуществление про­цесса воспроизведения вносит опыт со взаимно ин­терферирующим влиянием двух систем, подлежащих запоминанию.

Если у здоровых испытуемых переход к орга­низованным словесным системам облегчает процесс заучивания, снимая влияние интерферирующей за­дачи, то у больных данной группы этого не проис­ходит. Правда, одна смысловая система доступна длительному удержанию даже в условиях интерфе­ренции, однако при взаимодействии двух смысловых систем запоминание второй препятствует возмож-

1 Нейропсихологические исследования / Под общ. ред. А.Р.Лурия. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1973. Вып. 6. С.54—56, 71-72,90-91.

ности Припоминания первой’системы,-оказывая на нее ретроактивное влияние.

Близкие факты обнаружились и при исследова­нии возможности воспроизведения собственных дей­ствий. Как и в предшествующих опытах, больные, сохраняющие следы от своих действий на достаточ­но длительное время в условиях «пустой» паузы, лишаются этой возможности при введении интер­ферирующей задачи, особенно в условиях взаимо­действия двух однородных групп.

Характерно также и то, что неспособность вос­произвести первый рассказ оказывается временной, и очень часто по истечении некоторого времени со­держание отрывков может быть восстановлено в по­рядке реминисценции. Факт реминисценции убеждает нас в том, что в основе забывания у больных с мас­сивными нарушениями памяти лежит не столько слабость процесса консолидации следов, сколько их легкая тормозимость интерферирующими воздей­ствиями. (. )

По-видимому, можно говорить, что структура
нарушений памяти при данной локализации опре­
деляется фактором патологической тормозимости
следов интерферирующими воздействиями, проявляю­
щимися на фоне некоторого ослабления процесса кон­
солидации следов.
(. ) • ‘

мнестических нарушений при

(. ) Нарушения памяти у больных с опухолями гипофиза касаются преимущественно уровня про­извольного запоминания материала, не организо­ванного в смысловые системы. При этом исследование не выявляет дефектов воспроизведения в условиях ра­стущего интервала ретенции. Вся картина нарушений развертывается лишь в условиях выполнения между за­поминанием и воспроизведением интерферирующей деятельности, которая резко затрудняет возможность воспроизведения вследствие развивающегося ретроак­тивного торможения. Особенно сильно действие ин­терференции проявляется в условиях взаимодействия двух мнестических задач, где дефекты памяти прояв­ляются весьма отчетливо и не так эффективно подда­ются снятию через опосредствование.

От больных с выраженным амнестическим синд­ромом данную группу отличает не только клиничес­кий фон протекания заболевания и такие явления, как отсутствие конфабуляций и полная ориентировка в окружающем, но сохранность элементарных форм па­мяти, с одной стороны, и высших форм смыслового и активного запоминания — с другой. Фактор интерфе­ренции проявляется и у тех и у других больных, но эффективность влияния интерференции и уровни сле­довых процессов, на которые она влияет, различны в этих группах больных. Кроме того, в группе больных с опухолями гипофиза тормозящее влияние интерфе­ренции представляется единственным фактором, обус­ловливающим забывание.

Очень важным моментом, отличающим эти две группы и маскирующим нарушения памяти при опу­холях гипофиза, является привлечение больными с опухолями гипофиза фактора опосредствования и осмышления материала для компенсации дефектов памяти.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector