Истории людей восстановившихся после инсульта

История восстановления после инсульта. Юрий Дедов

Дорогие читатели сайта ЛогопедРунет! В своем «блоге логопеда» я продолжаю серию рассказов о реабилитации после инсульта! В этой статье представляю вам реальную историю восстановления после инсульта. Рассказ человека, перенесшего инсульт и потерю речи, порез правой руки и ноги.

Я провела лишь несколько занятий с Юрием и не могу сказать, что они могли существенно повлиять на его восстановление. Все, чего добился этот сильный духом человек – плод его усилий, ежедневной работы, упорства и позитивного настроя на выздоровление.

По моей просьбе Юрий написал рассказ о своем восстановлении после инсульта, который я предлагаю вашему вниманию.

Пусть этот прекрасный рассказ и замечательные стихи, автором которых является Юрий, вдохновят тех, кто столкнулся с такой ситуацией — бороться и не сдаваться, придаст сил и веры в успешное восстановление!

История восстановления после инсульта. Юрий Дедов

МОЁ ВОССТАНОВЛЕНИЕ

Здравствуйте, друзья!

Ровно 2,5 года назад у меня произошёл ишемический инсульт. Точнее, сначала он случился 29 декабря 2013 года – внезапно отключилась правая рука и речь, но через пару минут всё восстановилось. Жена вызвала «скорую», и меня отправили в отделение неврологии. До 57 лет я не никогда не лежал в больнице (за исключением аппендицита и мелких спортивных травм), а понятия об инсульте, даже весьма отдалённого, не имел. Поэтому, через три дня, на Новый год, попробовал отпроситься у моего лечащего врача на одну ночь. Но меня не отпустили, и я ушёл сам, утешая себя тем, что я себя уже неплохо чувствую, а впереди соревнования моих воспитанников (я после ухода на военную пенсию – 14 лет служил в МЧС, — тринадцатый год руководил Чебаркульским военно-патриотическим клубом «Пластун» и проводил тренировки по рукопашному бою, стрельбе и силовой подготовке) и спектакль, где я тоже принимал участие.

И вот, благодаря своей неразумности и самонадеянности, в 4 часа утра 1 января 2013 у меня произошёл повторный инсульт.

Забегая вперёд, скажу, — что только после второго инсульта мне довелось понять, что ЭТО испытание на прочность духа и силу воли. Как будто кто-то свыше мне сказал, что надо изменить свой образ жизни. И вот я его полностью изменил. Изменил режим питания и питьевой режим. Наконец, полностью исключил «разрядки» (не для кого не секрет, что не все, но многие «силовики», — люди служащие в силовых структурах, — соответственно с объёмом стресса, который они получают на службе, так же «в полном объёме» «разряжаются» на полную катушку – «гулять, так гулять». Не запаха спирта, не запаха табачного дыма сейчас не могу терпеть.

Всю жизнь занимался спортом, движения в моей жизни были больше, чем предостаточно. Выйдя на пенсию, работал на трёх работах (кроме этого преподавал ОБЖ, проводил вечером аэробику с женскими группами, по совместительству работал начальником водной и пожарной безопасности на базе отдыха «Родничок»). Но отчётливо понял только после случившийся беды, что принуждать себя нужно, умея себя отпускать, то есть отдыхать, расслабляться. Уметь сбрасывать заботы, становится на какое-то время беззаботным, безмятежным, Вот с этим недостатком мне приходится работать постоянно.

И, самое главное – ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ НАСТРОЙ, НАСТРОЙ НА ПОЗИТИВ, ГЛУБОКАЯ ВЕРА В СЕБЯ.

«Не однажды я с ужасом и отчаянием убеждался, что самосовершенствование подобно ходьбе по кругу: начинаешь с того же места, опять и опять, продвижения нет. Но если не двигаться, если не начинать каждый день, каждый час – с начала, с того же места, – круг быстро сужается и превращается в засасывающую воронку, тебя затягивает, ты гибнешь». (В.Леви)

Первую неделю после этого сбоя я просто лежал и настраивался, несмотря на весь ужас моего тогдашнего положения. Хочу сказать, что все окружающие меня люди – родные, близкие друзья, знакомые, коллеги и многие другие – даже не сомневались в том, что я полностью восстановлюсь. Во всяком случае, я видел на их лицах искренность и откровенность. И эта их вера мне передалась.

Через неделю мне разрешили сидеть, а через 8 дней я начал вставать и ходить. Говорить я ещё ПОКА не мог, кроме «мама», «да», «вот» и счёт до десяти. Из звуков только «а», «у» и «м». А про письмо даже говорить не стоит, — я забыл, как составлять слова.

Но я верил, что я буду таким же, как прежде. Настрой, вера и движение – двигаться, двигаться и двигаться, чтобы мозг не забыл, что он умел до этого. Двигаться, отвоёвывая каждый день маленькую, даже незаметную победу в себе и над собой. Верить, верить, верить. И всё получится.

На седьмой день мне купили азбуку и букварь. В течение пяти месяцев я учил только звуки и несложное слова. Правая рука, хоть и потеряла чувствительность, но сразу начал тренировать движение и моторику, а через месяц, при выходе из больницы я начал писать ручкой и на клавиатуре компьютера. Сначала ничего не получалось, на четвёрном месяце вдруг «пробило», незаметно для себя грамматика начала налаживаться.

Через три месяца снова проводить три раза в неделю занятия с женской группой. Сначала я стеснялся своей речи, потому что говорил невразумительно. Но женщинам нужна была не моя речь, а моё отношение к ним. Ещё через месяц, несмотря на то, что мне дали на год вторую группу инвалидности и после долгих споров с директором Центра детского творчества, при котором состоит мой клуб, я начал работать – тренировать детей.

Читайте также:  Дыхательные упражнения для профилактики инфарктов инсультов

Через три недели мне исполнится 60 лет, четыре дня назад я закончил работу в лагере в первую смену и пошёл в отпуск на два месяца. В последний год у меня было пять групп моих воспитанников и женская группа. Три месяца назад на городской спартакиаде среди мужчин в возрасте 50 – 60 лет я занял первое место по потягиванию на перекладине, первое – по отжиманиям у упоре лёжа, первое – по гибкости и второе – по прыжкам с места. На то, чувствительность моей руки и ноги не вполне в норме, я уже не обращаю внимание. А другие об этом даже и не знают.

И знаю, что речь моя тоже восстановится. За эти два с половиной года у меня были и периоды беспокойств, тревог, депрессий, без которых трудно встретить людей, прошедших это. Но уже понял, что долгий процесс восстановления будет идти волнообразно, — два шага вверх, один – вниз, и это нормально. Это же и в обычной жизни так происходит, когда мы берёмся за что новое.

Главное, — не отчаиваться, смотреть на примеры людей, сильных духом (таких море – Юрий Власов, Валентин Дикуль, Жан-Поль Бельмондо, который после инсульта в 2001 году полностью потерял речь и только через 14 лет (ему было 80 лет) восстановил её и заявил, снова готов играть в кино), работать над собой, над своей речью, и ВЕРИТЬ.

И на посошок моё стихотворение…

Я не калека-инвалид и не урод,

Но люди представляют все иначе, —

И речь не та, и взгляд уже не тот.

А я НАДЕЮСЬ, — на ум, не на удачу!

И что я испытал, — то все мое,

И потому я ЗДЕСЬ, на этом свете.

Случится так, что в ком-то жалость пропоет,

А я НАДЕЮСЬ, — как в чудо верят дети!

Характер и судьба сливаются в одно,

Живу не без греха, — кто хочет, пусть осудит.

Афган и МЧС, — как будто бы в кино,

А я НАДЕЮСЬ в то, что праздник еще будет!

Порой мне грустно, но надо улыбаться,

И пусть другие представляют все иначе.

Давай не будем, моя родная, мы сдаваться, —

И вновь НАДЕЮСЬ — на дух, не на удачу.

Стихотворение написано в январе 2015

Удачи всем!
Юрий Дедов

Источник

Восстановление после инсульта

У дяди, родного маминого брата, случился инсульт. И из-за этого парализовало почти всё тело. С врачами выхаживали с нуля. Учили есть, ходить, держать ложку. Когда из больницы выписали, он мог уже стоять и делать некоторые вещи.

Он был в разводе, а дети давно уехали в другой город, так что следили и ухаживали за ним я и мама. А так как я учусь, то чаще всё таки мама. Дяде прописали гимнастику и много упражнений, чтобы восстанавливать мышечные функции.

Постепенно он научился есть, правда лицо было ещё частично парализовано, так что куски еды попросту вываливались во время трапезы. Про мелкую моторику уже молчу, там ею и не пахло. Хотя врачи расписали нам план по выздоровлению, дали хорошие прогнозы и зафиксировали положительную динамику.

Дядя учился ходить — весьма успешно — сжимал в руках маленькие вещи, пытался держать карандаш и выводить им хоть что-нибудь. Когда он смог написать алфавит за день упорного труда, у нас был просто праздник. Прямо с печеньем и пирожными.

Так где-то полгода дядя следовал всем советам и предписаниям, мог полноценно передвигаться и даже сам одевался, хотя и делал всё это долго и с трудом. А потом в один момент вдруг резко начал деградировать.

Перестал сам есть, просил делать ему каши, а остальную еду перемалывать блендером в пюре, кормить с ложечки. Перестал выполнять упражнения, ссылаясь на боль и усталость. И даже перестал ходить.

Врачи сказали, что физиологически у него всё в норме, но его накрывает депрессия, потому что восстановление после полного паралича это очень эмоционально тяжело. Посоветовали не записываться на приём к психотерапевту, а больше уделять ему времени в кругу семьи, проявлять тепло и заботу, вдохновлять его.

Мы изо всех сил старались с мамой. Даже вызвонили и привезли его детей из другого города для личной встречи. Днями напролёт старались проводить с ним время. Но дядя наоборот замыкался в себе. Всё меньше вставал с кровати, почти не разговаривал с нами, стал злым и агрессивным, огрызался.

У меня началась сессия и проблемы с преподавателем, вымогающим взятку. Я стала пропадать в университете дольше обычного, и дядя остался на маме. Она очень переживала за брата, выматывалась. Плакала потом при мне, ей было очень тяжело видеть, как родной человек угасает. А дядя наоборот всё больше зверел из-за своего положения.

Читайте также:  Может ли быть инсульт при норм давлении

Наверное, он винил нас в том, что мы можем вести полноценную жизнь, а он — нет. Поэтому он уже осознанно возвращался к состоянию овоща. А потом начал нарочно ходить под себя и пачкать матрасы и постельное бельё. Мама ссылалась на его слабость и оправдывала брата, а я ей верила. До тех пор, пока он при мне нарочно не опрокинул ночной горшок на ковёр.

Я поняла, что он нарочно доводит маму, чтобы она страдала, как и он. После окончания сессии, на январские и февральские каникулы отправила маму в гости к бабушке в другой город, чтобы отдохнула, а дядю взяла на себя.

При мне он начал вести себя просто отвратительно. Если заговаривал, то нарочно пытался довести до скандала и истерики. Измазывал всё вокруг испражнениями, опрокидывал посуду с едой, с чаем. Но я была к этому готова, поэтому не злилась, а старалась разговаривать с ним и наоборот подбадривать. Он меня не слушал.

И когда до возвращения мамы осталось четыре дня, я вдруг поняла, что ничего не изменится. Он будет её доводить. Изматывать физически, давить морально. И после того, как он снова перевернул миску и стал играть в молчанку, меня прорвало. Я наговорила ему кучу гадостей.

Не сдерживаясь, сказала, что он ведёт себя отвратительно, отталкивает любую помощь и только раздражает окружающих своими замашками, унынием. Что ему нравится изображать жертву. Но такой он никому не нужен. Он скоро умрёт в беспомощности и одиночестве, а я не позволю маме или кому-либо ещё помогать ему вылезти из этого болота. Он в ответ начал кричать на меня, и это выбесило ещё сильнее.

На этот раз уже я не захотела ничего слушать и просто ушла из квартиры. Ушла в бар и пила там до четырёх утра. А когда добралась домой, просто вырубилась. Проснулась ближе к вечеру и с дикой головной болью. Промучилась так всю ночь и спокойно уснула под утро. Только в полдень второго дня я очухалась и вспомнила про дядю.

Как можно скорее собралась, и к трём часам добралась до него. Сильно испугалась, потому что он больше двух суток был один. Но он встретил меня на ногах. Молчал, не разговаривал, но ходил сам! Ел сам! И переоделся тоже сам.

Оставшиеся дни мы провели вдвоём. Мама вовремя не вернулась, потому что у неё обострились мигрени, и бабушка не пустила её на поезде одну. Мои каникулы кончились, с утра и до вечера я была в институте, а дядя спокойно находился дома один. Вечером мы вместе с ним разминались с помощью жгутов, смотрели фильмы, и он вытирал посуду после еды (мыла ещё я). Резко пошёл на поправку и тяжёлым трудом восстановил и чёткую речь, и мелкую моторику.

И сейчас он уже бегает и делает зарядку по утрам, сам ездит к детям в другой город. Про тот случай мы не вспоминали и не говорили, но думаю, что он здорово тогда испугался, раз снова начал жить.

Источник

Как помочь мозгу после инсульта? – история из жизни

— Какое счастье! Врач сказал, что жизни уже ничего не угрожает. Он выживет! — кричала в телефонную трубку Зоя. Накануне ее мужа, Кирилла, здорового молодого мужчину 46 лет от роду, увезли с работы на «скорой» с подозрением на инсульт. В больнице диагноз подтвердился.

Кирилл никогда не жаловался на здоровье, не ходил по врачам, голова болела у него не чаще, чем у всех остальных, и вот, пожалуйста, — инсульт!

Врач объяснил Зое, что сосуд в головном мозге Кирилла оказался перекрыт тромбом. Благодаря своевременным действиям медиков состояние больного стабилизировалось, но доктор, радужных картин не рисуя, сказал Зое: «Готовьтесь, придется очень много работать, если хотите, чтобы ваш муж вернулся к нормальной жизни». Это возможно, ведь организм молодой, сердце здоровое. Но часть мозга поражена, поскольку во время инсульта был перекрыт кровоток и ткани испытали сильный стресс. Пострадал речевой центр, у Кирилла парез правой стороны тела.

Ишемический инсульт развивается, когда тромб полностью перекрывает просвет кровеносного сосуда, снабжающего тот или иной участок головного мозга. Тромб может сформироваться непосредственно в данном кровеносном сосуде или же попасть туда из любого другого участка системы кровообращения.

Мы победим!

Пока врач Зое всё это объяснял — она и половины толком не слышала, потому что радость, захватившая ее после первой фразы — «жизнеугрожающее состояние позади», — была огромной. С Кириллом они недавно отметили серебряную свадьбу, дочка родила внука, и жизни друг без друга в их семье не мыслили. А тут вдруг инсульт, разлучник, попытавшийся отнять у нее всё, чем она дорожила. Ну уж дудки — мы его победим! С таким боевым настроем она и вошла первый раз в палату, куда Кирилла перевели из реанимации. Он узнал ее, улыбнулся кривой виноватой улыбкой: «Видишь, Зайка, какая штука вышла. Стыдно!» — прочитала она в его глазах. Кириллу всегда было стыдно, если что-то с ним случалось, и ей прибавлялось хлопот.

Читайте также:  Пептидные биорегуляторы после инсульта

«Всё хорошо, родной! Мы справимся!» — шепнула Зоя, здоровой рукой муж коснулся ее щеки. Слезы рвались из глаз, но она их загнала поглубже. «Поехали! Берем курс на возвращение!»

Курс на возвращение

Вот так, улыбаясь через слезы, бодря любимого всеми ласковыми (и не очень) словами поддержки, взяв отпуск, сначала очередной, потом без сохранения содержания, Зоя взялась за дело возвращения Кирилла к нормальной жизни. Вместе с лечащим врачом они разработали целую программу реабилитации, в которую включили следующие пункты:

Создание психологической атмосферы нацеленности на победу и поддержание веры в успех. С реализацией этого пункта проблем не было. Мотивация была налицо, Кирилл вполне понимал свою нужность и то, что его возвращения после мозговой катастрофы ждут с нетерпением. Так что депрессии не было, была только злость на болезнь. И немножко — на себя, что не следил за здоровьем, не ходил к врачу, даже от диспансеризации ежегодной на работе старался отделаться: «У меня ничего не болит, что по врачам-то ходить»

Медикаментозная терапия. Врач объяснил, что для быстрейшего восстановления функций головному мозгу нужно обеспечить комфортные условия существования. Ведь вокруг очага инсульта сохранились клетки, готовые взять на себя функции клеток, погибших в катастрофе. Задача медикаментозного лечения — помочь этим клеткам-добровольцам, активизировав обменные процессы в нейронах, повысив устойчивость нервной системы и обеспечивая мозг достаточным количеством кислорода. Поэтому в перечень лекарств он включил, помимо препаратов, влияющих на гемодинамические показатели крови, и ноотропные средства. Из названий Зое был знаком только Глицин. Его она и сама принимала раньше, когда у нее были проблемы с вегето-сосудистой дистонией и бессонницей.

Оказалось, что такой привычный глицин обладает свойством уменьшать выраженность мозговых расстройств при ишемическом инсульте. Глицин обязательно дают человеку, у которого подозревают мозговую катастрофу, с 1999 года препарат введен в табель оснащенности всех бригад скорой помощи. В реабилитационном постинсультном периоде применение глицина также необходимо, поскольку кроме нейропротективного действия, глицин участвует в синтезе лецитина, который «мешает» холестерину обосновываться на стенках сосудов, предотвращает появление атеросклеротических бляшек (а именно из них и образуются тромбы, перекрывающие сосуды).

Активная немедикаментозная терапия. В этот комплекс включили массаж, гимнастику, восстановление двигательных функций правой стороны тела и занятия по реабилитации речевых функций. Кирилл хорошо понимал то, что говорит ему Зоя, мог читать, но вот разговаривать получалось плохо. Поэтому, сначала в больницу, а затем домой, к нему два раза в неделю приходил логопед.

Когда врач только расписывал Зое план реабилитации, он сказал: «не думайте, что научить Кирилла пользоваться правой рукой и ногой — это только физическое упражнение. Чем больше он сможет делать физически — тем быстрее восстановится пораженная область мозга, ведь импульсы идут, как электрички — „туда и обратно“. Поэтому важны как пассивные движения (массаж, разработка конечностей), так и активные — те, что Кирилл сможет выполнять сам».

Поддержание интереса к жизни. За этот пункт ответственность на себя взял внук-грудничок. Ведь малыши не в курсе, что взрослые болеют, поэтому внучок настоятельно требовал от Кирилла брать себя «на ручки» и играть с ним. Сначала дед неловко держал маленького разбойника левой (действующей) рукой, но потихоньку к процессу подключилась и правая. Дед и внук, оказавшиеся из-за болезни Кирилла примерно на одном этапе развития (оба осваивали этот мир: один впервые, другой — уже во второй раз), — понимали друг друга «на десять баллов из пяти возможных». Внук лепетал и агукал, Кирилл отвечал ему, стараясь разговаривать как можно понятнее.

Обучение навыкам самообслуживания. Как ни разрывалось сердце Зои, когда Кирилл пытался самостоятельно подниматься с кровати, падал в коридоре, пытаясь дойти до туалета, она точно следовала указанию врача — НИЧЕГО НЕ ДЕЛАТЬ ЗА БОЛЬНОГО, ТОЛЬКО ПОМОГАТЬ ЕМУ! Причем — если он сам попросит о помощи, ведь Кирилл — мужчина. А поддержание мужского боевого духа — одна из главных составляющих курса на выздоровление. Так говорили врачи, так чувствовала и Зоя. Поэтому постоянно обращалась к Кириллу за помощью: то поддержать ее, когда она будет вешать шторы, то последить за супом на кухне, то. Ведь дома находится миллион маленьких дел, участие в которых для человека, возвращающегося из страны Инсульт, — целое событие, требующее напряжения физических и умственных возможностей, а, следовательно — помогающих мозгу снова начать работать в полную силу.

. Дед и внук прямо и уверенно пошли на своих ногах в один день. Малышу исполнилось 11 месяцев, у Кирилла с момента катастрофы прошло десять. Когда дед подхватил внука на руки и чётко произнес: «Кирилл! Ну и внук у меня — мужик растет!», — Зоя уже не стала сдерживать слёз. Они хлынули потоком, смывая всё плохое и страшное и оставляя лишь ощущение радости победы и надежду на то, что теперь всё будет только хорошо!

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector